Конституция СВОДОНЕБ СВОДОНЕБ
крайняя_колонка_бугага

Авторы
Тексты
Комментарии

Вернуться к списку:

Автору:

Сейчас по Гринвичу:
2018-12-13 17:26:43
На сайте:

Недавно посетили:

Сейчас
в Чухломе и Кологриве:

В Яунпиебалге и Бобруйске:

В Акюрейри и Уагадугу:


крайняя_колонка



Ральф Дутли. Муха в янтаре (Перевод как магический акт. Заметки о поэтике перевода)

В две руки развели, распяв,

И не знали, что это - сплав

Вдохновений и сухожилий...

Не рассорили - рассорили...

Марина Цветаева





(Магия, тепло, эрос: неизвестные величины)

Нам следует требовать от хорошего стихотворного перевода ровно того же, что Мандельштам требовал от поэзии: чужеродное тело должно все-таки оставаться живым в окаменелой форме, муха в янтаре - жужжать, вечно юная цикада поэзии - гудеть и стрекотать, а перевод - там, где это необходимо, - стучать, скрипеть или греметь.

Помимо магических свойств, стихотворный перевод наделен особой теплотой. Тексты давно ушедших, отделенных от нас большой временной дистанцией авторов сродни мертвым буквам, а потому в высшей степени нуждаются в тепле, их нужно разбудить теплом, если вы хотите найти в них признаки жизни. Речь идет о том, чтобы, оживив чужое слово своим собственным, самому согреться его теплом, наполниться его жизнью.
....

Что же такое перевод, если не форма исполнения, активное преобразующее чтение, воскрешающее и согревающее чужой текст?

Переводческое дело возникло и развивалось в центре эллинистической культуры, в египетской Александрии. Там появились семьдесят толковников, был сделан первый перевод Библии с еврейского на греческий. Эллинизм прочно связан с переводом.
В культуре перевод - точно такой же нагревательный прибор, который источает тепло, и в этом его назначение. И перевод - точно такая же культурная утварь, согретая человеческим теплом, чтобы осуществить свой "telos", свое назначениe. А может быть, стихотворный перевод - это и та теплая шкура, которой я - как некто Овидия в варварской Сарматии или Мандельштама в Сибири - накрываю какого-то погибшего поэта. И - если сказать еще точнее - которой я способен согреть холодную далекую букву.

Блаженное поражение

Поэтический перевод - это не только магический акт и ощущение тепла, но и в значительной степени момент эротический: желание "чужого" и стремление самому отдаться "чужому". Через чужое необходимо проникнуть в свое собственное, которое потом также может показаться самому себе "чужим". Перевод - это всякий раз магия, тепло и эрос. Я часто констатирую: "насильственно оторванный от своей накаленности" (как пишет О. Мандельштам), я становлюсь беспомощным, безъязычным. Если не испытываю эротического влечения к тексту, не желаю его или мне не хочется прикасаться к нему, если я не увлечен, не смущен им, - я тут же его забуду. Перевод лирического стихотворения с его родного, но чужого мне языка на мой собственный (ему незнакомый) - блаженная причуда, в которой скрыт, однако, большой потенциал. И никто не почувствовал этого сильнее, чем Мандельштам, который дал переводу благословение в лукавом четверостишии:

И может быть в эту минуту

Меня на турецкий язык

Японец какой переводит

И в самую душу проник.

Быть может, переводчик поэзии, этот вечный шаман, самозабвенно творящий свое маленькое волшебство, - единственный, кто имеет желание хотя бы мгновение собственной жизни быть тем самым "японцем".
Перевод так называемого "чужого" привносит радостное чувство отдаления от самого себя. Однако в этом кажущемся отчуждении посредником все-таки является наша собственная речь. Человек обитает в речи: она осваивает его с течением лет, руководит им.

Я готов признать, что самая суть перевода - магия, шаманский культ. Переводчик - блаженный побежденный, проигравший самому себе. В стихотворении 1911 года "Отчего душа так певуча" Мандельштам так определил эту формулу самоотречения: "И, несозданный мир лелея, /Я забыл ненужное "я"".

Перевод - это всегда таинство разъединения с самим собой, светлое рождение "другого" в себе.

Если перевод, понятый как магический акт, не есть попытка отправиться в неизвестное, то это путешествие приведет под откос, на свалку общих мест, в преисподнюю забвения. С каждой поездкой деятельный пациент заново обновляет здравую лирическую традицию родной речи, обогащая и изменяя ее. Путь этот непрост, лихорадочен, полон риска. Но какое счастье, если в конце странствия больной чувствует чье-то прикосновение: "нежный лед руки чужой".

http://magazines.russ.ru/voplit/2009/2/d4.html

Полностью статья опубликована в “Вопросах литературы» №2 2009 гг


что это такое?

раздел:
критика
прочтений:
923


Отзывы:
2010-04-06 16:39:59 Граф Оман
aa
иииииии Хороший текст, наводящий на размышления. Но многое из сказанного можно отнести вообще к поэзии и прозе, а не только к переводу стихов. Шаманством хорошую поэзию не грех назвать. Ну, насчет Эроса и тепла – это уж дело личное (переводчика, писателя, поэта). Однако позволю себе не согласиться с мыслью уважаемого автора о том, что перевод – это разъединение с самим собой, что перевод «привносит радостное чувство отдаления от самого себя». Мне всегда казалось, что удачные переводы получаются лишь когда оригинал близок переводчику по духу, когда во взятом для перевода тексте есть что-то пережитое или передуманное. Если не говорить о вынужденных [...]

►►2010-04-08 06:30:05 inki
aa
Интересно, а когда-нибудь переводящий тешит свое самолюбие допустим, вполне допустимым человеческим финтом или фантом..на миг прочувствовать себя Шекспиром, или Бодлером, или Вийоном или Рильке..и ведь это можно, и это конечно потрясающе.
Мое дилетантство конечно не творчество, но когда я пробовал переводить - мне больше всего было интересно как себя ощущает переводящий в этом корсете чужого или иного духа...О, это очень и трудно и интересно. Испанский мне вообще не дался. Видимо для отличного того, как Вы пишете душевного перевода, и правда , кроме умения вжиться в автора и его душу, обязательно нужно знать тонкости [...]

►►►2010-04-09 17:27:29 Граф Оман
aa
Интересно. У меня – совсем иные ощущения, но и опыта никакого. По молодости большое удовольствие доставляло переводить лимерики Эдварда Лира (жаль, затерялось все во времени :) Шекспира и читать было тяжело с его староанглийским. А вот Верлена очень хотелось перевести, так не удовлетворяют переводы, особенно некоторых стихов. Но, честно говоря, мне кажется, что быть переводчиком – особый дар. Чувствовать душу и стиль автора и уметь это выразить на своем языке – больше, чем просто писать своё. Не говоря уж о знании языка. А посему, поклон всему племени НАСТОЯЩИХ переводчиков.
страница 0
крайняя_колонка_бугага
Свод Законов
Канцелярская Крыса
Книга Жалоб
Миллион значений
Пан Оптикум
Помощь
рецензии
Школа дураков

Все права на опубликованные произведения принадлежат их авторам. Копирование, полное или частичное воспроизведение текстов без разрешения авторов не допускается, за исключением случаев, предусмотренных Законом об авторском праве. По всем вопросам, касающимся использования размещенных на сайте произведений просьба обращаться непосредственно к авторам, администрация сайта не уполномочена вести какие-либо переговоры от их имени.